Книга Натальи и Сергея Квачей посвящена нижегородской народной игрушке как одному из ценнейших наследий русской земли.

Предыдущая часть книги здесь - традиции ёлочной игрушки.

Глава вторая

Чудо куколки - нарядные матрёшки

 Нижегородские матрешки

Cреди народной промысловой игрушки Нижегородского края особую известность и, пожалуй, самое широкое признание получили матрешки: мериновские, семеновские, полховмайданские, крутецкие, вознесенские; теперь появились и городецкие куколки-матрешки. Город Семенов и деревня Мериново находятся на реке Керженец, к северу от Нижнего Новгорода, райцентр Вознесенское, село Полховский Майдан, деревня Крутец – на юго-западе области, а город Городец – вверх от Нижнего по Волге. По названию этих населенных пунктов и получили свое наименование нижегородские матрешки.

Матрешки – это красочно расписанные куколки, выточенные из дерева на токарном станке, разъемные, полые, внутри которых находятся такие же матрешки, только меньше росточком. В одной такой деревянной форме может находиться от трех до семидесяти и более матрешек, мал мала меньше. Нижегородская красавица, семеновская матрешка, уже второе столетие держит первенство среди деревянных кукол, полховмайданская матрешка хотя и моложе семеновской, но и она не менее популярна, городецкая – пока лишь скромно начинает появляться на рынке сувенирных товаров. Расписную нижегородскую куколку можно встретить на столичных ярмарках, базарах, на рынках российских городов, в специализированных фирменных магазинах и европейских художественных салонах. Как семеновская, так и полховмайданская матрешка считается идеальным подарком, который уместно дарить по любому поводу.

Матрешками играют дети и любуются взрослые. Многие любители коллекционируют этих куколок. Они красуются среди экспонатов музейных исторических, краеведческих, этнографических и художественных экспозиций, на прилавках солидных магазинов, газетных киосков, в окнах домов и на книжных полках. Музей матрешки открыт в 2001 году в Москве, есть музей матрёшки в городе Калязине и в рабочем поселке Вознесенском Нижегородской области.

Образ матрешки часто используют в качестве эффектного бренда, обеспечивающего успешное продвижение того или иного товара или идей.

Почему так популярны эти расписные деревянные куколки? Когда и откуда они появились? Кто придумал русскую матрешку, дизайн которой оказался настолько безупречен, что она стала всеобщей любимицей?

Иллюстрации

С. 118. Семеновская матрешка 47-местная. 1963 г. МИХП НО

Полховмайданские и крутецкие матрешки. Вторая половина XX в.

Семеновские матрешки. 1970-е гг. МИХП НО

Городецкие матрешки. 2000 г. АК ЗАО Городецкая роспись

Непростая история рождения матрешки

Прежде чем говорить о семеновской матрешке, стоит вспомнить ее предшественницу – московскую деревянную куколку, для того чтобы понять всю прелесть нижегородской расписной красавицы, ибо, как говорили древние, все познается в сравнении.

Определить происхождение той или иной промысловой игрушки, в силу временной удаленности и коллективности народного творчества, как правило, затруднительно. Кто, когда и где придумал вырезать из дерева первую лошадку или сделал первую свистульку-птичку? Ответить на эти вопросы вряд ли возможно. Между тем в истории возникновения и бытования отдельных видов промысловых игрушек есть исключения. Так, можно не только проследить процесс рождения столь популярной куколки-матрешки, но и назвать имена предполагаемых создателей. Хотя, как считают некоторые ученые, многие сведения о матрешке являются скорее легендами и имеют характер скорее мифологический, нежели исторический.

Как свидетельствуют многие источники, первая в России матрёшка появилась в Москве в конце XIX века. В начале XX века она перекочевала в Подмосковье, в Сергиев Посад, а всемирную славу в середине столетия ей принесла Нижегородская земля. В двадцатом веке именно семеновская матрешка стала своеобразным символом России, как бы ее визитной карточкой, а полховмайданская и крутецкая деревянные куколки, хотя и появились позднее, но также полюбились за декоративную яркость и красочность, какую-то особенную свободу и раскованность, часто непредсказуемость образного решения. Сегодня выходит на широкую дорогу сувенирной продукции и городецкая матрешка.

Происхождение образа матрешки в форме разъемной расписной деревянной куколки весьма любопытна и имеет несколько версий, по поводу которых до сих пор идут споры. Суть споров сводится к следующему: является ли матрешка оригинальным русским явлением или это вариант японского изделия?

Кто же был автором этой деревянной куклы – художник-профессионал Сергей Малютин или токарь-кустарь Василий Звёздочкин? И какая матрешка более выражает образ сегодняшней россияночки: сергиевопосадская, семеновская, полховмайданская, кировская или вовсе – курская или нолинская? – вопрос тоже животрепещущий (9, 13, 16, 26). Создатели матрешки явно не предполагали, что их творение ждет такая оглушительная популярность и слава. Сегодняшние же споры вокруг деревянной куколки лишь подтверждают значимость этого создания, к которому уже более века проявляется непреходящий интерес. В культуре многих народов роль куклы, как модели человека, с древнейших времен была весомой и многофункциональной.

В крестьянской среде куклы изготавливались из самых различных подручных материалов: дерева, тряпок, ниток, лыка, соломы, бересты, глины. Существовало множество типов самодельных кукол: полешки или столбушки, сделанные на основе бревна; пеленашки или ляльки из свернутого кусочка ткани; крестушки из перекрещенных палочек; закрутки – скрученные из прямоугольной тряпочки, положенной наискось; костромушки и кувадки из тряпок, изготовленные при помощи перевязок; сдвоенные свадебные куклы, соломенные стригушки; северные куколки, рубленные топором или вырезанные ножом в несколько приемов – панки; лесовички из шишек и других природных материалов. Популярны были куклы-зернушки, набитые гречкой или каким-либо другим зерном, горохом, – они предназначались для развития мелкой моторики рук, что напрямую связано с речью и мышлением, (может, и не знали крестьяне многие психофизиологические заморочки, а вот куклы, способствующие психофизиологическому развитию детей, были). Существовали куклы мартинички – это две соединенные вместе куколки из ниток, из белых – зима, а из красных – весна; безликие тряпичные куклы Василисы; куклы масленицы делались из самых разных материалов. Всех кукол, бытовавших в народной среде, не перечесть. Они выполняли обереговую, обрядовую, развлекательную и развивающую функции (6, 7, 9). Игрушки, простые по форме, отражали реалии мира, представления о природных силах и духах. Куклы были интересны как детям, так и взрослым, которые со всей серьезностью относились к игрушечному делу.

В городской среде наряду с традиционными игрушками большой популярностью пользовались привозимые из-за границы дорогие фарфоровые куклы. Куклы наряжались в традиционные и современные модные одежды, они были разных размеров, среди них были любимые и не очень. На полотнах многих русских живописцев, Василия Тропинина, Карла Лемоха, Николая Кошелева, Алексея Харламова, Константина Маковского, Андрея Рябушкина, Бориса Кустодиева, Галины Серебряковой и других запечатлены дети с куклами. По живописным произведениям можно представить все разнообразие кукольного мира XIX–начала XX веков – от самодельных игрушек до заморских красавиц. В экспозиции Художественно-педагогического музея игрушки Сергиева Посада, созданного художником, искусствоведом, педагогом и ученым Н. Д. Бартрамом (1873–1931) на основе его личной коллекции, представлены крестьянские куколки, их зарубежные коллеги, и, конечно, матрешки. Дорогая или дешевая кукла – функция у нее одна: детям должно было интересно с ней играть, то есть взаимодействовать. Часто ребенку с фантазией хотелось иметь не одну, а несколько кукол разных размеров, чтобы какая-то кукла могла быть мамой, какая-то – старшей или младшей дочкой, а какая – и младенчиком; однако, большое количество кукол создавало некоторые неудобства, для хранения требовалось много места. И тут в России появилась удивительная куколка-матрешка – одна во множестве. В ней была и привычная простота тряпичной и вырезанной из дерева куколки, столь популярных в народной среде, загадочность точеных шкатулок и разъемных яиц, скрывающих внутри себя сюрпризы.

В традиционной версии происхождения разъемной деревянной куколки-матрешки можно выявить тройственную основу: первое – японский прототип разъемного деревянного человечка, второе – дизайнерскую разработку профессионала-художника и токарное выполнение формы народным мастером. Третий компонент матрешки – народная основа самого образа куклы как типизация эстетических представлений крестьянской среды о красоте женщины, девушки, девочки, где ценились скромность, трудолюбие, доброта, серьезность и уважение к людям. Такой синтез дал удивительный результат, не случайно создание и распространение русской матрешки стало заметным явлением не только в русском традиционном искусстве и культуре (26, 27).

В конце XIX–начале XX веков в европейских странах идет возрождение интереса к национальным основам культур. Возникает стиль модерн, который обращается не только к народным корням и искусству средневековой Европы, но и к культуре Востока, органично вплетая экзотику в национальные мотивы. В России подъем национального искусства и поиски принципов создания нового русского стиля в рамках общеевропейского модерна привели к тому, что интеллигенция обратилась к русской истории, фольклору, к народным промыслам, народному быту. Особенно активно интерес к русской народной культуре проявляли предприниматели и деятели искусства, вышедшие из купеческой и крестьянской среды. На основе этого интереса возникают творческие объединения, базирующиеся на принципах национальной культуры. Выделялся среди подобных творческих сообществ Абрамцевский кружок Саввы Ивановича Мамонтова (1841–1918).

Савва Мамонтов принадлежал к известной в России купеческой семье, но более коммерции его интересовала культурная деятельность. Ему удалось сплотить вокруг себя талантливых художников, музыкантов и театралов, с целью содействия развитию русской национальной культуры. В подмосковной старинной дворянской усадьбе Абрамцево, которую он купил у Софьи Сергеевны Аксаковой, дочери знаменитого писателя Сергея Тимофеевича Аксакова, в 1870 году под руководством С. И. Мамонтова были созданы художественные мастерские, где в одной команде трудились художники-профессионалы и народные кустари, хранители вековых крестьянских традиций, мастера народной игрушки.

Собирателем предметов крестьянского быта был старший брат Саввы Ивановича Мамонтова, также личность незаурядная, владелец типографии, издатель, переводчик, коллекционер русской живописи, меценат Анатолий Иванович Мамонтов (1839–1905). Именно ему принадлежала крупнейшая по тем временам коллекция народной игрушки, а также магазин-мастерская Детское воспитание, где не только продавались, но и создавались детские игрушки в народном стиле. Стремясь расширить ассортимент этих изделий и повысить качество товара, А. И. Мамонтов приглашал к сотрудничеству именитых художников, таких как Михаил Врубель, Виктор Васнецов, Николай Рерих, Елена Поленова и других. Он не только привозил игрушки из самых отдаленных уголков России, но и выписывал их из разных стран.

В 1896 году в Петербурге состоялась первая в России выставка произведений искусства Японии, которая изумила и очаровала петербуржцев. Художник-график А. П. Остроумова-Лебедева писала, что в работах японских мастеров поражало, прежде всего, сочетание острого реализма и стилизации с упрощенностью, миром фантастики и мистики (26, с. 8). Эта выставка словно подготовила почву для восприятия русской публикой произведений декоративно-прикладного искусства, основанного на синтезе культур, коим и явилась русская матрешка, находящая отзвук в душах людей из самых разных уголков Земли.

Существуют разные версии того, как японская разъемная деревянная куколка появилась в России, но главное, очевидно, заключается в том, что такая куколка появилась в мамонтовском круге творческих и активных людей. Это была фигурка лысоватого старичка с прищуренными глазами и добродушной улыбкой, буддийского монаха-мудреца по имени Фукурума, в котором находились, как в футляре, подобные ему человечки – его ученики. Разъемная фигурка, по легенде (о чем пишут многие авторы), была изобретена безвестным русским монахом с острова Хонсю, по воле случая попавшего на Дальний Восток в далекую Японию, что является вполне вероятным. При многих русских монастырях были кустарные мастерские, в которых монахи точили разъемные пасхальные яйца и вырезали из дерева игрушки, может, и вспомнилось монаху это занятие, а под впечатлением от знакомства с другой культурой он и изобрел такого человечка, очень простого по форме и обаятельного по содержанию, своего собрата монаха, хотя и не христианина. Миф ли это, легенда, правда это или фантазия, трудно сказать. Сам образ Фукурокудзю якобы пришел в Японию из Китая, а в Китай из Индии, и связан он с принцем Бодхидхарма – двадцать восьмым патриархом буддизма и первым патриархом китайской школы дзен. В Японии он превратился в Дарума – куклу-неваляшку и Фукурокудзю – куклу с вкладышами, которых дарили на счастье (13, с. 22).

Как уже говорилось, в России издавна существовала традиция изготовления разъемных, сделанных из самого разного материала, пасхальных яиц и деревянных яблок – шкатулок, а также кустари делали наборы посуды, состоящие из вкладываемых один в другой предметов; резные плоско-объемные куколки из дерева также существовали и пользовались спросом, а вот куколок, подобных Фукурокудзю, не было.

Сама идея сложной многослойной формы известна из русских сказок, где посреди океан-моря, на острове Буяне растет дуб вековой, на дубе висит кованый сундук, в сундуке сидит заяц, в зайце утка, в утке находится яйцо, в яйце игла, а на конце иглы – смерть Кощея Бессмертного. Иными словами, идея вкладывания одного предмета в другой была для России не нова. Забавный человечек Фукурума, или Фукурокудзю, Ситифукудзин (семь богов счастья.С.В. Горожанина. Русская матрёшка) – М.: 2012), с запрятанной в его чрево компанией, возможно, понравился А. И. Мамонтову. Возможно, именно он поручает художнику Сергею Васильевичу Малютину (1859–1937), который иллюстрировал в его издательстве детские книжки, создать нечто подобное, но на русскую тему. Возможно, именно Сергей Малютин, взяв за основу образа деревянной куклы тряпичную русскую народную куклу, модифицировал форму японского Фукурумы, вытянув пропорции тела, более четко обозначив голову и туловище, создал принципиально новую игрушку – круглолицую куколку. Нарядив ее в платочек и простую рубаху, в сарафан с передничком, а в руки дав ей петуха, художник придал игрушки вполне русский вид. В основную форму куклы вкладывались другие куколки, мальчик и шесть девочек. Куколка поменьше первой матрешки держала в одной руке корзинку, другая – серп, еще меньшая обхватила двумя руками чашку, еще одна за руки держала маленького ребеночка; есть и куколка, которая о чем-то задумалась, поднеся руку к губам. Самая маленькая куклешка стояла просто так; в руках у мальчика среднего размера, наряженного в красную рубаху, – то ли лучина, то ли ветки – вот и вся трудовая крестьянская семья. Так и получилось русское чудо. Форму игрушки выточил на токарном станке мастер Василий Петрович Звёздочкин. Так, по легенде, идея безвестного русского монаха, через посредство японской культуры, дизайнерской смекалки русского художника и народного мастера, получила новое художественное воплощение. Имя куколке дали самое простое и очень распространенное в то время в крестьянской среде; существует также мнение, что такое имя носила одна из прислуг в доме Мамонтовых, якобы с нее и списан образ Матрены. Само русское имя Матрена произошло от римского Матрона (знатная женщина или mater – мать). В индусской мифологии есть великая Матри – богиня-мать, ответственная как за созидание, так и разрушение. Игрушечная Матрена превратилась вскоре в дородную, пышущую здоровьем мать семейства – Матрешку, своеобразный идеал добродетели, скромности и добродушия. По мере увеличения числа игрушек и по мере роста популярности деревянной куколки имя ее стало нарицательным. Кто теперь не знает, что матрешка – это деревянная расписная разъемная русская куколка, полая внутри?

Обобщая сказанное, можно предположить, что место рождения первой матрешки – Москва, Леонтьевский переулок, дом 7, мастерская-магазин Детское воспитание Марии Александровны и Анатолия Ивановича Мамонтовых. Идея создания русской разъемной куколки принадлежит, очевидно, предпринимателю А. И. Мамонтову, в коллекции которого и появился японский образец разъемной куклы, сегодня находящийся в ХПМИ в Сергиевом Посаде. Форма, выжигание контурного рисунка и раскраска изделья гуашью, то есть декорирование (разработка дизайна – выражаясь современным языком) принадлежит художнику-профессионалу С. В. Малютину. Есть мнения, что первые матрешки вырезались ножом, и они были целиковые, то есть не полые и не разъемные, лишь впоследствии их стали вытачивать на токарном станке, и они стали пустотелыми. Об этом, кстати, писал и Сергей Образцов. Первую форму матрешки, выточенную на токарном станке, сделал, очевидно, потомственный мастер-игрушечник В. П. Звёздочкин (1876–1956). Искусствовед Г. Л. Дайн прямо указывает, как на двух авторов матрешки, на С. Малютина и В. Звёздочкина. По документам Звёздочкин – уроженец деревни Шубино Подольского уезда Московской губернии, работал он в магазине-мастерской Детское воспитание с 1898 года. Таким образом, выточенный из дерева вариант матрешки не мог появиться ранее 1898 года. Другая называемая дата появления матрешки, 1884 или 1886 год, пока не подтверждена. По докладу бюро Кустарного совета устанавливается еще одна дата – 1893 год, а из отчетного доклада Н. Д. Бартрама 1911 года Московской губернской земской управе следует, что матрешка появилась 15 лет назад, то есть в 1896 году (16, 26). На Парижской выставке 1900 года была представлена выточенная матрешка. Итак, безусловно, время создания куколки-матрешки – 1890-е годы, то есть на сегодняшний день матрешке более ста лет.

Первая матрешка – куколка удивительно гармоничная по образному содержанию и пропорциональная по форме. Она круглолица, и, в отличие от многих следующих за ней образцов, у нее подбородок не спускается на грудь, что придает некоторым матрешкам какой-то болезненный вид. Форма того или иного объекта, как правило, появляется следом за идеей и содержанием. Именно содержание диктует ту или иную форму. Путь изобретения формы, а затем наполнения ее конкретным содержанием редко бывает удачным, это понимает каждый художник, архитектор или дизайнер. Сопоставление же известных фактов и сравнительный анализ матрешки малютинской, расписной, и куклы с выжженным рисунком Звёздочкина свидетельствуют в пользу того, что автором первой матрешки был Сергей Малютин. Хотя эскизы этой игрушки в его альбомных зарисовках не найдены, это вовсе не говорит о том, что их не было. У Малютина кукла более пропорциональна, нежели у Звёздочкина, где голова несколько не сомасштабна ее туловищу. В этом отношении куколки-матрешки В. Иванова и А. Шишкина, сергиевопосадских мастеров, более пропорциональны. В малютинском варианте у куклы не обозначены четко плечи и ее кеглеобразная обтекаемая форма более напоминает японского Фукуруму. У последующих матрешек плечики более резко обозначены, и их форма дальше отходит от прототипа. В стилистике образа у Звёздочкина присутствуют те подробности и диспропорции (прорисованные крылья носа, руки почти до пола), которые свойственны самодеятельным художникам, что также косвенно свидетельствует в пользу авторства первой куколки с петухом Малютина. Рассмотрение того или иного образца кустарного искусства, как правило, показывает длительность процесса становления формы: от примитивных образцов – к классическому общепринятому изделию и распространяемому в дальнейшем варианту. Образцы совершенной формы, появившиеся сразу, что называется, в одночасье, более характерны для профессионального искусства. В малютинском варианте, несмотря на его кажущуюся простоту, как в форме, так и в изобразительном оформлении куколки чувствуется профессиональная рука художника, знакомого как с пластической анатомией, так и с законами декоративной композиции, с условностью ее стилистики и особенностями пластики. Матрешка малютинская потому и удачна по дизайну, что она целостна в единстве своего содержания и формы. Удачно преобразовать сергиевопосадскую матрешку удалось лишь в середине XX века семеновским мастерам, создавшим классический тип деревянной куколки сказочно-фольклорного содержания, который и получил особое признание, как в России, так и за границей.

Существуют и другие версии истории возникновения матрешки.

Что же за человек был художник С. В. Малютин, который, по мнению большинства специалистов-искусствоведов, спроектировал и расписал первую чудесную куколку-матрешку? Происходил он из купеческой семьи, окончил Московское художественное училище живописи, ваяния и зодчества. Его учителями были известные художники-передвижники И. М. Прянишников, В. Е. Маковский, Е. С. Сорокин. В 1890-х годах он работает художником в Русской частной опере С. И. Мамонтова. Уже в 1896 году известный русский коллекционер П. М. Третьяков покупает у молодого художника Портрет сына, а позднее иллюстрации к Сказке о царе Салтане А. С. Пушкина. В этом же году, вместе с Константином Коровиным, Сергей Малютин работал на Всероссийской художественно-промышленной выставке в Нижнем Новгороде над созданием Северных панно. Жанровыми произведениями Малютин участвует в выставках. Художником он был на удивление разносторонним: писал портреты и бытовые сцены, работал в театре и иллюстрировал книги, проектировал мебель и создавал настенные панно. В живописных произведениях он выступает как прекрасный колорист, а в декоративно-прикладном искусстве проявил себя как незаурядный знаток традиций древнерусского искусства. Работая в неорусском стиле, концептуально вписывавшемся в стилистику русского модерна, художник создавал оригинальные вещи, пропитанные народным духом. Творчество художника высоко ценили А. Бенуа, В. Серов, К. Коровин, М. Врубель, В. Стасов, С. Дягилев и другие выдающиеся современники. В 1914 году Малютин становится академиком живописи. Он состоял в Товариществе передвижных выставок, затем участвовал в выставках объединения Мир искусства (1).

Природный талант и профессиональное мастерство, понимание детской психологии и знание законов народного творчества, особое чувство формы и характера народной игрушки помогли в свое время С. В. Малютину из японского Фукурокудзю создать уникальное произведение декоративно-прикладного искусства. Придуманная им скромная деревянная куколка стала прототипом целой серии промысловых игрушек, которым предстояла долгая жизнь в самых разных регионах нашей страны и даже за рубежом.

Фигурка мудреца Фукурокудзю и первая матрешка Малютина-Звёздочкина находятся сегодня в подмосковном Художественно-педагогическом музее игрушки (ХПМИ) в Сергиевом Посаде. Достопримечательностью этого музея является также так называемая врубелевская матрешка. Эта небольшая деревянная куколка оформлена выжженным рисунком, с характерными для врубелевских образов большими квадратными глазами и ртом. Куколка представлена толи как шамаханская царица, толи как восточная императрица. Цветовая гамма изображенной одежды куколки выдержана в благородных оливковых тонах, столь характерных для модерна, и во всем облике этой матрешки ощущается некая сказочная мистичность. Если в малютинской матрешке стилистические черты модерна высвечиваются через магический кристалл русского крестьянского искусства, то у врубелевской куколки приметы стиля выражены наиболее четко в причудливости линейных контуров выжженного рисунка и в специфическом болотном колорите. Л. Н. Соловьева рассказывает о серовской матрешке, о том, что знаменитый русский портретист В. А. Серов расписал деревянных куколок в турецких костюмах – то были участники мамонтовских знаменитых постановок: С. И. Мамонтов, В. А. Серов, музыкант П. А. Спиро, композитор Н. А. Римский-Корсаков и другие известные лица (26, с. 88). Вполне возможно, что и другие художники, члены абрамцевского кружка, пробовали расписывать деревянных куколок, уж больно соблазнительное это дело.

В самом начале XX века мастерская-магазин Анатолия Мамонтова Детское воспитание в Москве была закрыта, но, как сообщает Е. Н. Шульгина, ссылаясь на разговор со Звёздочкиным, состоявшийся в 1947 году, предприниматель В. И. Боруцкий выкупил образцы и наладил выпуск таких куколок в Сергиевом Посаде и его окрестностях. Кустари быстро освоили производство точеной деревянной игрушки-матрешки. Делали куколок из деревьев лиственных пород: березы, ольхи и осины – но более всего из легкой и податливой в обработке липы.

Малютинские матрешки были расписаны клеевыми, то есть гуашевыми красками по выжженному контуру, со скромным орнаментом, и лакированы самим художником, лаком, сделанным из льняного масла.

Первым применил выжигание в декоративно-прикладном искусстве, как свидетельствуют очевидцы, художник, живописец и график Владимир Иванович Соколов (1872–1946). Уроженец Ярославской губернии, он учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, принимал участие в выставках Мира искусств, а с 1903 года руководил кустарными мастерскими в Сергиевом Посаде. На крышках деревянных коробочек и шкатулок он выжигал, а затем раскрашивал архитектурно-пейзажные композиции с видами Троице-Сергиевой лавры. Такая технология была применена и в оформлении первых матрешек, на которых выжигался сначала контурный рисунок, и лишь потом они раскрашивались масляными, клеевыми или акварельными красками. Матрешка мастера В. Иванова оформлена целиком выжженным рисунком, а куколка А. Шишкина, кроме выжигания, еще и слегка подкрашена (16, 27). Трехи шестиместная матрешки В. Звёздочкина также оформлены при помощи выжигания с подкраской. Скромный букетик подкрашен красным и зеленым цветом, вид у этих матрешек несколько простоватый, но в этой наивности есть своя прелесть. Первые матрешки бережно хранятся в сергиевопосадском Художественно-педагогическом музее игрушки.

В 1900 году на Всемирной выставке в Париже матрешка Малютина-Звёздочкина завоевала бронзовую медаль. Хотя Е. Князева говорит о золотой медали, но это неверно (9, с. 44). Встречаются и версии с серебряной медалью и просто с дипломным вариантом. Много что придумывают про первую матрешку. Важно, что матрешка получила всеобщее признание и началась слава этой игрушки, ставшей вскоре русским сувениром. Лейпцигская ярмарка, выставка в Берлине, базар кустарных изделий в Лондоне, выставки-продажи в Греции, Турции и странах Ближнего Востока – это далеко не полная география мест, где побывала русская матрешка. В 1904 году, как свидетельствуют договорные документы, заказы на нее сделали 14 государств. В Германии и во Франции появились подделки а ля рус, но по художественным достоинствам они так проигрывали своему прототипу, что вскоре были забыты. Подмосковная же матрешка продолжала успешно развиваться. Прейскуранты Сергиевской земской мастерской говорят о том, что в 1911 году существовало 21 наименование матрешек, различающихся по размерам, количественному составу, сюжетам и характеру росписи: Боярин, Семья, Богатыри и другие. Как пишет Николай Алексахин, в начале XX века началось массовое производство этих игрушек. Наряду со ставшей вскоре традиционной малютинской матрешкой появились куколки, изображающие пастушков со свирелью, бородатых мужиков с посохами, женихов и невест с родственниками, монахов и монашек. Куклы в виде исторических деятелей типа Наполеона и Кутузова были сделаны к 100-летию Бородинского сраженья – это матрешки мастера И. Прохорова. Они пользовались большой популярностью. Были игрушки в виде литературных персонажей русской классики и героев народных сказок. К 100-летнему юбилею Н. В. Гоголя была изготовлена Д. Пичугиным матрешка на сюжет комедии Ревизор и поэмы Мертвые души. Горожане, крестьяне, купцы и солдаты, этнографические мотивы и образы животных – это был разнородный парад матрешечного царства начала XX века (26). Сюжетно эти куклы связывались с какими-либо поводами и датами или популярными героями, они могли быть незатейливыми или предназначались для интеллектуальной публики. Главное, матрешка должна была быть с сюрпризом, это уже впоследствии вкладные куколки лишь повторяли основную фигуру. В первых экземплярах момент неожиданности весьма ценился.

В Сергиевом Посаде, в мастерских Ивановых и Богоявленских, изделия варьировались по форме и количественному составу куколок. Мастера, создавая двухместных и 24-местных матрешек, словно старались перещеголять друг друга в оригинальности. Токарем Н. Булычевым в 1913 году для выставки в Петербурге была выточена 48-местная матрешка. На первых порах особенно привлекательными в игрушках подобного типа была, прежде всего, сама форма с тонкими стенками, которая свидетельствовала о высоком профессиональном мастерстве того или иного токаря, а роспись, как считают некоторые искусствоведы, была второстепенной. Но среди товара с росписью средней руки встречались и подлинные шедевры, выполненные в строгом иконописном стиле. Действительно, наряду с кустарями-ремесленниками расписывали куколок и иконописцы Сергиева Посада. Д. Н. Пичугин, братья В. С. и П. С. Ивановы, А. И. Сорокин с сыновьями создали оригинальные образцы расписной игрушки-матрешки, составившие впоследствии золотой фонд ХПМИ Сергиева Посада. В Государственном историческом музее в Москве находится восьмиместная матрешка, сделанная в Мастерской братьев Ивановых по образцу Сергея Малютина, но с другим цветовым решением.

Рынок чутко реагировал на запросы покупателей, расширяя тематику росписи, обобщая и типизируя основные черты куколки. Впоследствии менялись и сама форма куколки и характер росписи. Появились образцы, тяготеющие к натуральности изображения, что вступало в противоречие с законами декоративно-прикладного искусства и вызывало недоумение у профессионалов. Часто авторские самодеятельные варианты куколки типа матрешки свидетельствовали о снижении как вкусовых, так и художественных и эстетических ориентиров (6, с. 145).

Впоследствии пестрые, разноликие матрешки начала XX века заняли свое место в фондах и экспозициях музеев, в собраниях коллекционеров. Да, не все изделия были высокого художественного качества, но своей массовостью они обеспечили тот творческий фон, который способствовал художественным поискам новых образов. В сергиевопосадскую мастерскую, действующую с 1910 года, в 1913 году вошла мастерская по изготовлению матрешек. В 1920-х годах эта мастерская стала артелью РККА, с 1928 года она была преобразована в фабрику игрушек № 1, а в 1932 году на ее базе был создан первый в мире Научно-исследовательский институт игрушки, где развивался и выкристаллизовывался образ матрешки, ставшей образцом для многих других куколок подобного типа. Действительно, для многих народных мастеров из разных мест России подмосковная красавица стала отправной точкой для создания оригинальных вариантов деревянной расписной куколки.

Одним из выдающихся явлений народного промыслового искусства стала нижегородская семеновская матрешка – игрушка-сувенир, наиболее полно выразившая специфику русского народного искусства и характер народной души. В 20-х годах ее производство наладили в деревне Мериново, что недалеко от города Семенова, а затем в самом Семенове. В 1953 году эта игрушка попала на выставку за границу и существенным образом потеснила сергиевопосадскую (она же загорская) матрешку.

В чем же загадка семеновской матрешки? Чем она так привлекательна? Почему именно она в 1970-е годы стала символом России?

Продолжение - феномен семёновской матрёшки.

Иллюстрации

К. В. Лемох. Варька. 1893 г.

Тряпичная кукла из коллекции Н. и С. Квачей

Кукла из бечевки. Детский музей на Купеческой. Городец

Городецкая кукла-катанка. Детский музей на Купеческой. Городец. Начало XXI в.

 Н. Д. Бартрам. Первый директор ХПМИ в Сергиевом Посаде

 Студия-мастерская в Абрамцеве (построена в 1873 году). Архитектор В. А. Гартман

Анатолий Иванович Мамонтов.

 КОКЭСИ, японский деревянный человечек

 Ситифукудзин. Фукурокудзю. Конец 1890-х гг. ХПМИ

 Сергей Малютин. Автопортрет

С. Малютин, В. Звездочкин. Матрешка. Конец XIX в. ХПМИ

 В. Звездочкин. Матрешка. Начало XX в. ХПМИ

 В. Иванов. Матрешка. Начало XX в. ХПМИ

 С. 130. Подмосковные матрешки. 1925 г. ХПМИ

 Так называемая врубелевская матрешка. 1903–1910 гг. ХПМИ

Матрешка-старик. Мастер Шарпанов. Начало XX в. ХПМИ

 А. Шишкин. Матрешка. Начало XX в. ХПМИ

Матрешка. Мастерская Московского губернского земства. 1930-е гг. ХПМИ

 Н. Бартрам. Матрешка Городничий из Ревизора. 1909 г. (слева)

Матрешка Квартет И. А. Крылова. Начало XX в. ХПМИ (справа)

Матрешка. Артель им. РККА. 1920–1930-е гг. ХПМИ (слева)

Матрешка. 1925 г. ХПМИ

 В. Иванов. Матрешка Дед-репка. 1903–1904 гг. ХПМИ

Деревня Мериново. Фото М. Дмитриева. Конец XIX–начало XX вв.