А.Н. Блинова

Омск, государственный университет

ДЕТСКИЕ ИГРЫ НЕМЦЕВ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ

 Игра имеет огромное значение, как для духовного, так и для физического развития ребенка. Для взрослого человека игра – средство отдыха и веселья, для ребенка – это способ существования, социализации и подготовки к взрослой жизни. С точки зрения игровой концепции культуры, игра – это метод освоения человеком окружающей реальности, метод вживания во время и пространство. Под понятием «игра» подразумевается система увлекательных и веселых занятий, возникших в процессе развития человечества как отражение форм труда, выполняющих функции физического и морально-эстетического воспитания подрастающего поколения, подготовка его к будущей жизни (Русские дети, 2006. – С. 129–133).

Детские игры чрезвычайно многообразны по содержанию, характеру, организации, поэтому точная классификация их затруднительна. Как правило, классификационные системы дополняют друг друга и пересекаются по многим направлениям. Например, выделяют игры для детей трех возрастных категорий: младенческие, детские и отроческие. Или существует подразделение игр на те, которые проходят в помещении и те, в которые играют на свежем воздухе. Кроме того, игры традиционно делят на летние и зимние. В данной работе принята несколько более сложная классификация детских игр. Исходя из характера основных детских игр, их можно разделить на:

– подвижные (спортивные) – игры по правилам, разработанным заранее. Эти игры всегда считались максимально общественно полезными, поскольку они направлены на формирование различных физических умений и умственных способностей. Они характеризуются состязательностью, ярко выраженным тренировочным эффектом. Простое тренировочное упражнение обрастает всевозможными «непрагматическими» дополнениями, в результате чего рождается игра (Русские дети, 2006. – С. 350–357);

– драматизированные (ролевые, творческие) – игры без правил, которые различаются по содержанию (отражение быта, труда взрослых, событий общественной жизни), по организации, количеству участников (индивидуальные, групповые, коллективные), по виду (игры, сюжет которых придумывают сами дети, игры-драматизации – разыгрывание сказок и рассказов, строительные). При всем разнообразии творческих игр в них есть общие черты: дети сами выбирают тему игры, развивают ее сюжет (Русские дети, 2006. – С. 85–94);

– хороводные (орнаментальные) – игры с разработанной хореографической композицией. Игровое действие представляет собой ритмический способ передвижения нескольких человек, обычно под песню (Русские дети, 2006. – С. 379–383).

Один их наиболее важных способов физического развития в традиционной педагогике – подвижные (спортивные) игры. Они укрепляют здоровье, способствуют физическому развитию ребенка, содействуют в овладении жизненно важных навыков и формируют морально-волевые качества. К повседневным подвижным играм немецкого ребенка можно отнести такие традиционные игры для многих народов как догонялки (Feinelies) (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 151-7. Л. 4; Д. 167-1. Л. 10; 13; 14; 15; 26); прятки (Forshteigelies или Chtekelschpile) (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 167-1. Л. 13); вышибалы, кошки-мышки. Очень популярна была игра в жмурки (Plinmeisje). У немецких детей существовали и другие названия этой игры, например, «слепая мышка» (Blindemaus) (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 188-2. Л. 13). В Германии эта игра называлась «слепая корова» (Blindekuh) (Богданов К.А., 2001. – С. 109). Все эти игры способствовали развитию у ребенка определенных физических навыков: ловкости, быстроты реакции, скорости и других.

В подвижных играх принимали участие как мальчики, так и девочки. Мария Александровна Лейнвебер, жительница д. Новоскатовка Шербакульского района Омской области вспоминала: «Как-то раз старшие братья не хотели меня брать играть в “козе-шпильке”. Это игра такая, когда берешь хрящики из копыт, чертишь круг, складываешь их внутри и нужно вышибить их за пределы круга с довольно большого расстояния. Я не ушла, улучив момент, взяла и спрятала все козешпильки, и пока они не пообещали взять в игру, я им не отдала их» (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 152-2. Л. 23).

У немецких детей существовали игры очень похожие на распространенные у русского населения, например, лапта (Ziehball), гусиный вор (Ganzendin) (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 151-1. Л. 22.). Были и заимствованные у русских игры. Например, с 1950–1960-х гг. в д. Розовка Русско-Полянского района Омской области дети играли в «гусей» (Ganse). Русская игровая фраза: «Гуси, гуси, га-га-га, есть хотите? Да, да, да», была переведена на немецкий как «Ganse, Ganse, ga-ga-ga, wollen sie es? Ya, ya, ya» (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 167-1. Л. 67). С точки зрения заимствований интересна трансформация названия игры третий лишний, оно звучит как «Treda lichka», то есть немецкие дети не стали переводить название, а просто трансформировали его в более удобную для себя форму произношения.

Очень распространенными среди разных групп немецкого населения были игры в мяч (Poler shpile). Уже сам процесс изготовления мячей для этой игры был интересен для ребенка. Их делали из коровьей или овечьей шерсти. Весной во время линьки животных дети собирали старую шерсть, а затем смешивали ее с мылом, формировали шар и давали высохнуть (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 167-1. Л. 34.). Играли обычно так: в земле выкапывали три ямки. Тот из детей, кто закатывал мяч в третью лунку, используя наименьшее число попыток, выигрывал (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 167-1. Л. 6.). Мяч был очень тяжелым, поэтому требовались значительные физические усилия для выполнения условий игры.

В с. Подсосново Немецкого национального района Алтайского края делали маленькие мячики для игры в «Крекет». Дети делились на две команды по 5–6 человек, расходились в разные концы поля, одна команда бросала мяч, другая должна была отбить тонкой дощечкой. Пока другая команда ловит мяч, нужно было обежать вокруг поля. В зависимости от того, кто быстрее выполнит свою задачу, та команда и получала очко (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 188-2. Л. 1).

Для определения очередности в игре немецкие дети использовали считалки (Abzelreima). Свое название этот жанр детского фольклора получил в соответствии со своим назначением и формой исполнения, так как в них используются слова, относящиеся непосредственно к счету, используется перечислительная интонация и ритмичность. Жанр считалки является уникальным, не имеющим аналогов во взрослом фольклоре и представляет собой своеобразную прелюдию к игре, необходимый ее атрибут и культурно оформленную реализацию игровых отношений.

Не меньшее значение для развития ребенка имели и драматизированные игры, в ходе которых разыгрываются сценки, воспроизводящие эпизоды из жизни окружающего детей мира (Русские дети, 2006. – С. 85–94). Для проведения таких игр дети «строили дома», создавали интерьер с помощью предметов, приносимых из дома игрушек. Девочки часто сами для таких игр шили кукол из ткани, а затем набивали опилками (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 167-1. Л. 26). Иногда кукол делали из картошки и ткани. Картошку заворачивали в отрез ткани, снизу завязывали шнурком – это была голова, на которую можно было нашить глаза, рот, нос – разноцветные пуговицы. Такая кукла называлась – Pophe (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 179-4. Л. 12). В с. Ананьевка Кулундинского района Алтайского края девочки шили кукол из лоскутков, оставшихся после того, как мама сошьет какую-нибудь вещь. Для изготовления волос использовали кукурузу. Иногда кукол вязали из шерсти спицами или крючком. Такие куклы называли – Fletja popa.

Особенностью драматизированных игр является то, что они менее консервативны, чем, например, спортивные игры, и менее регламентированы. Драматизированные игры динамичны и часто отражают веяния современной жизни. Среди них выделяют бытовые, трудовые игры и игры в животных. В бытовых играх дети воспроизводят сценки из общественной жизни. К таким играм можно отнести игры «в торговлю» – дети воспроизводят момент купли-продажи, «в школу» – воспроизводится момент обучения, главные действующие лица в игре учитель и ученик, «в собрание» – дети воспроизводят обстановку религиозного собрания, выступления пастора за кафедрой, молитвы, пение (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 149-2. Л. 12; Д. 151-1. Л. 3, 9, 34, 103).

Трудовые игры позволяют освоить весь комплекс хозяйственных работ. Дети в немецких семьях имитировали прядение, уборку, побелку, уборку урожая и т.д. (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 152-2. Л. 56; Д. 167-1. Л. 21). Специально для детей взрослые мастерили орудия труда, отличающиеся от настоящих только размерами, например, грабли, лопатки, машинки, корзины и т.п.

Большое распространение среди немецких детей имели и карточные игры (Kartenspiele). Они уже в XVI в. были распространены в различных землях Германии, хотя играли в них в основном взрослые люди. Детская карточная игра, которая была распространена в Германии, а затем колонисты привезли ее с собой в Сибирь, и существует здесь до сих пор, называется «Черный Петр» (Schwarze Peter) (Мальцева Д.Г., 2000. – С. 253). Правила игры напоминают русскую игру под названием «Ведьма». В начале игры кто-то вытягивает карту, чтобы в колоде осталось нечетное количество карт. Та карта, которая осталась без пары, и есть Черный Петр. Раздается колода, парные откладываются и больше не участвуют в игре. Тот, кому достался Черный Петр, старается этого не показывать. Затем соседи по очереди вытягивают друг у друга карты, если попадается парная, то ее также откладывают. У кого в конце игры оставался Черный Петр – тот проигрывает (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 188-1. Л. 71). В современном немецком языке существуют устойчивые выражения, связанные с этой игрой, например, dem Schwarze Peter zuschieben – подсовывать кому-либо неприятное дело, ловко свалить вину на кого-то (буквально – подсовывать кому-либо Черного Петра) или den Schwarze Peter haben – оказаться виноватым, нести ответственность за что-либо (буквально – иметь Черного Петра) (Мальцева Д.Г., 2000. – С. 254).

Подростки любили играть в различные настольные игры: домино, шашки, лото. В 1920–1930-е гг. среди меннонитов с. Маргенау Исилькульского района Омской области и с. Ананьевка Кулундинского района Алтайского края была популярна игра «Не серчай, печенка лопнет» (Mensch, argere dich nicht), в России она известна под названием «Братец, не сердись» или «Догони!». Для игры необходимо расчерченное игровое поле, фишки, игральный кубик. Цель – вывести 4 свои фишки с «базы» и провести их по всей доске в центр игрового поля быстрее партнеров по игре. Количество ходов, как и во всех настольных играх, рассчитывается броском игрального кубика. «В нее могли играть до 8 человек, и все эту игру очень любили» (Черказьянова И.В., 2005. – С. 288). Эта игра очень популярна и среди современных детей. В том виде, в котором она существует сейчас, она появилась около 100 лет назад, ее «изобретателем» считают Йозефа Шмидта, создавшего преуспевающую компанию «Игры Шмидта» по производству этой игры.

В 1970–1980-е гг., когда стали появляться игры фабричного производства, например, шашки, мальчики стали играть в «щелбаны» (Tenepsa). Это игра, в которой нужно с доски щелчком пальцев выбить шашки (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 188-1. Л. 72). В это же время детям стали покупать различные настольные игры, куклы, мягкие игрушки, машинки. Многие информаторы на вопрос о любимой игре, отвечали «катание на велосипеде» (Архив МАЭ ОмГУ. Ф. I. Д. 152-2. Л. 23; Д. 167-1. Л. 4.). Современные дети также любят этот вид развлечения.

Подводя итог, нужно отметить, что игры были разнообразны и призваны развить ребенка как физически, так и психологически. Большую роль в досуге немецкого ребенка занимали и трудовые игры. В детском немецком фольклоре много заимствований, в основном от русского населения, но при этом сохраняются и национальные элементы.

Литература:

Богданов К.А. Игра в жмурки: сюжет, контекст, метафора // Повседневность и мифология: Исследования по семиотике фольклорной действительности. – СПб., 2001 – С. 109–180.

Мальцева Д.Г. Германия: страна и язык. Лингвострановедческий словарь. – М., 2000.

Русские дети. Основы народной педагогики. – СПб., 2006.

Черказьянова И.В. Воспоминания В.П. Вильмсена как источник для повседневной истории меннонитов Крыма и Сибири // Известия Омского государственного историко-краеведческого музея. – Омск, 2005. – № 11. – С. 287–291.

Опубликовано:  Культурология традиционных сообществ: Материалы II Всерос. науч. конф. молодых ученых. – Омск, 2007. – С. 64–69.